Комитет по энергетической политике
и энергоэффективности
f
Новости Все новости
"Северный поток-2" как тест европейского единства

"Северный поток-2" как тест европейского единства

11 апреля 2017 года после проведения международного тендера Nord Stream 2 AG подписала контракт на прокладку морского трубопровода по маршруту газопровода «Северный поток-2» через Балтийское море. Партнером компании станет швейцарская фирма Allseas. Она будет проводить работы по морским трубопроводам для обеих линий в 2018 и 2019 годах. Allseas будет использовать три трубоукладочных судна – Pioneering Spirit, Solitaire и Audacia.

Использование динамически расположенных трубоукладочных судов, способных выполнять точное маневрирование без анкеров, должно обеспечить дополнительную защиту окружающей среды и безопасность в переполненном Балтийском море. Фирма Allseas ранее прокладывала части трубопровода «Северный поток» в Финском заливе.

Договор следует букве о намерениях, согласованной между обеими сторонами в декабре прошлого года. В настоящее время продолжаются и другие тендеры, в том числе тендер на трубоукладку в России и Германии.

Компания Nord Stream 2 сообщила в пресс-релизе, что проект прокладки второй нитки газопровода из России в Германию продолжается, как и планировалось, включая проектирование, закупки, исследования, оценки воздействия на окружающую среду и разрешения. В общей сложности около 200 компаний из 20 стран участвуют в реализации проекта «Северный поток-2» для обеспечения долгосрочной надежности поставок в Европе. 

В этой связи заслуживает внимания интервью Марио Мерен, одного из участников проекта главы ведущей немецкой нефтегазовой компании Wintershall, немецкой деловой газете Handelsblatt. Отвечая на вопрос журналиста, что, мол, убеждения о значении российского газа разделяют не все европейцы и что в особенности восточные европейцы опасаются господства «Газпрома» на рынке, он ответил: «Для меня это как дежавю. Уже во время строительства «Северного потока-1» Польша опасалась быть отрезанной от европейского газового рынка и подверженной возможному давлению, поскольку газ больше не будет поступать по ее территории. Мы создали дополнительные мощности в Германии, чтобы при необходимости обеспечивать Польшу с Запада. И что произошло? Ничего. До сегодняшнего дня эти мощности практически не использовались. Для «Газпрома» отсутствие поставок через Польшу было бы нецелесообразно и с экономической точки зрения. Ведь в Белоруссии трубопровод принадлежит самой компании. Я не знаю, почему Польша боится, что будет получать слишком мало газа. А нам, европейцам, также необходимо не терять из виду свои собственные интересы. Для нас хорошо, когда газ поступает к нам различными маршрутами, тогда у нас не будет проблем, если один трубопровод выйдет из строя. Польшу и Украину в первую очередь беспокоит тот факт, что они будут получать меньше транзитных сборов. Однако мы не можем считаться с этим. Мы принципиально транспортируем газ самым прямым и малозатратным путем из Сибири к потребителям в Северную Европу. Транспортировка газа – это не подспорье для консолидации бюджета третьих государств».

По мнению Марио Мерена, «у Европы однозначно есть потребность в дополнительных объемах импорта газа. В конечном счете уровень добычи в 

Северном море снижается. Поэтому нам, европейцам, необходимо осваивать все источники, из которых мы можем получать энергоносители. Это газ, поступающий по трубопроводам из России, из Норвегии или даже из Северной Африки, а также сниженный газ – СПГ из-за океана. Тогда рынок может свободно решать, какой газ в итоге будет закупаться. Однако я убежден, что российскому газу нет альтернативы в плане цены. Природный газ из России выдерживает любую конкуренцию!»

Проект удвоения мощностей газопровода «Северный поток» грозит стать яблоком раздора в Евросоюзе. Эксперты из трех стран обсуждали в Берлине возможные последствия его реализации. В этой связи в недавно опубликованной работе «Северный поток-2» – попытка политического и экономического упорядочивания» авторы берлинского фонда «Наука и политика» Кай-Олаф Ланг и Кирстен Вестфаль отмечают, что и активное обсуждение проекта прокладки трубы происходит в многоуровневом контенте.  ЕС в связи с этим проектом поставлен перед вопросом, сможет ли сообщество в случае строительства газопровода быть в состоянии выдержать тройной тест. Во-первых, тест, связанный с возможностью применения правил Евросоюза, которые действуют для условий внутреннего рынка. В работе отмечается, что эти правила не могут быть ни смягчены, ни обойдены даже из политических соображений. Во-вторых, тест, связанный с внешнеполитическими проблемами и проблемами безопасности применительно к Украине, позицию которой, по мнению авторов, нельзя игнорировать. И в-третьих, тест на преодоление пропасти, которая благодаря этому проекту становится все глубже между странами сообщества по отношению к России и проведению европейской энергетической политики. Поскольку последнее может привести к фрагментации энергорынка и ставке отдельных стран сообщества на проведение национальной энергетической политики и политики в вопросах энергобезопасности.  

Что же тревожит европейских соседей России? По мнению уже названного выше Марио Мерена, Польша и Украина  обеспекоены в первую очередь возможным снижением сборов за транзит газа.

Немецкое информагентство Deutsche Welle (DW) отмечает, что удвоение мощности проложенного по дну Балтийского моря из России в Германию газопровода с 55 млрд до 110 млрд куб. м в год, по оценке многих экспертов, сделает излишним транзит российского газа в Европу через Польшу и Украину. Шеф концерна Wintershall, принимающего участие в реализации этого проекта, не считает нужным считаться с опасениями этих стран.

На самом деле перспектива лишиться 2 млрд евро, которые ежегодно получает Украина от России за прокачку ее газа, не единственная причина, по которой Киев возражает против «Северного потока-2».

Исполнительный директор украинского центра глобальных исследований «Стратегия XXI» Андрей Чубик вообще называет эту причину не главной: «Мы и без этих 2 млрд проживем, были времена и труднее». Но речь, по его словам, идет о технической балансировке всей газотранспортной системы и ее режима. Это и внутренняя перекачка газа между его производителями и потребителями, и транзит, причем не только в Евросоюз, но и в Молдавию, Турцию и на Балканский полуостров. «Поддерживать всю эту взаимосвязанную систему в рабочем состоянии будет очень сложно, если уровень транзита сократится, допустим, до 20 млрд куб. м в год», – пояснил Андрей Чубик в интервью DW. Если же транзит газа из России в Евросоюз вовсе прекратится, продолжал он, то часть этой системы будет законсервирована, а часть разобрана. А это будет означать, что Украина выходит из общеевропейской газовой системы и переходит на автономную.

«Это возможно, это сейчас прорабатывается, – говорит Чубик. – «Укртрансгаз» начал проводить технические оценки соответствующих решений, намечать, какие и где надо будет закрыть газоперекачивающие станции, какие законсервировать трубы». Но главная проблема, по его мнению, в том, что «в самом Евросоюзе никто не просчитывает, как все это отразится на других рынках».

С точки зрения и Киева, и Варшавы, «Газпром» проектом удвоения североевропейского газопровода выполняет политическую волю Кремля, который преследует цель укрепить доминирующие позиции России на газовом рынке Европы, дестабилизировать Украину и внести раскол в ряды Евросоюза.

Представитель польского МИДа Марта Бабич, в частности, указывает на перспективу почти полной зависимости в будущем Германии от одного-единственного поставщика природного газа по одному-единственному маршруту – через Балтику. По ее словам, новый проект «Газпрома» противоречит также политике ЕС в отношении Украины. Как же так, возмущается она, Брюссель, с одной стороны, оказывает финансовую помощь Киеву, а с другой – мирится с предстоящей утратой Украиной сборов в бюджет за газовый транзит.

С чисто же экономической точки зрения, считает Марта Бабич, «Северный поток-2» не логичен. По прогнозу самой Еврокомиссии, потребление газа в странах ЕС – благодаря повышению энергоэффективности и прогрессу альтернативной энергетики – будет сокращаться, но уже сейчас, по ее данным, примерно 40% имеющейся инфраструктуры прокачки газа из России в Европу простаивает.

А если спрос, вопреки прогнозам, все же возрастет, то модернизация украинской газотранспортной системы, заявила Бабич, была бы на порядок дешевле, чем прокладка еще двух ниток газопровода через Балтику.

Берлин и ЕС вынуждены играть по правилам

И Андрей Чубик, и Марта Бабич, выступая на публичной дискуссии в Фонде Бёлля, призывали немецкое правительство воспользоваться своим влиянием и не допустить реализации проекта «Северный поток-2».

Кирстен Вестфаль заявила агентству, что «Германия – правовое государство, и правительство не может по политическим соображениям менять юридические правила игры. И порядок в этом случае такой же, каким был при выдаче разрешения на первый «Северный поток». Не может из-за России менять правовые рамки и Евросоюз. В противном случае его тут же обвинят в двойных стандартах. «Я не вижу никаких существующих юридических рычагов, с помощью которых можно было бы остановить проект «Северный поток-2», – сказала Кирстен Вестфаль в интервью DW. – Но даже при всех политических возражениях я считаю важным поддерживать с Россией экономические связи – этот канал диалога – с тем, чтобы повысить порог дальнейшего ухудшения в отношениях ЕС с Россией».

В то же время и она сомневается в экономической целесообразности этого проекта. Мы многого пока не знаем, говорит Вестфаль, например, каким будет в Европе спрос на газ, какие меры будут здесь принимать во имя защиты климата, как будет развиваться альтернативная энергетика, каких средств потребует модернизация украинского транзита.

Напомним, что первый раз о проекте «Северный поток-2» заговорили в 2015 году. Для правительства ФРГ это было неприятным сюрпризом. Время для расширения германо-российских торгово-экономических связей – вскоре после присоединения Крыма к РФ и в разгар конфликта на востоке Украины – было неподходящим. Из уст представителей правительства ФРГ, в частности занимавшего в то время пост министра экономики и энергетики Зигмара Габриэля, звучали критические голоса.

Теперь позиция официального Берлина такова: это чисто коммерческий проект, который, разумеется, должен соответствовать немецким и европейским юридическим нормам, но решение – за участниками консорциума. Так ответила на вопрос корреспондента DW официальный представитель Минэкономики ФРГ Беате Барон. Возможно, официальный Берлин нашел бы при желании возможность помешать реализации этого проекта. Но такого желания у него нет. По оценке Кирстен Вестфаль, немецкое правительство придерживается в отношении России двойной стратегии.

Сохраняя режим санкций, оно продолжает оказывать нажим на Россию в ответ на исходящую от нее угрозу безопасности на Европейском континенте, но при этом старается не перегнуть палку, не загонять Москву в угол. Германия, указывает эксперт, заинтересована в мире и стабильности, в том числе в самой России, которая нуждается в доходах от экспорта энергоносителей, поэтому не в интересах Берлина атаковать «Северный поток-2».

Под этим углом зрения важен не только американский, но и европейский политический фактор. В Германии наиболее рьяным сторонником американизации газового рынка является профессор Клаудия Кемферт – один из наиболее известных в Германии специалистов по энергетическим вопросам. Она возглавляет отдел энергетики, транспорта и экологии Немецкого института экономических исследований (DIW) в Берлине. Для понимания ее позиции представляет интерес ее недавнее интервью тому же агентству DW, где речь шла главным образом о снабжении Евросоюза газом, в том числе и российским.

– Еврокомиссия представила 16 февраля обширный пакет мер по повышению энергетической безопасности ЕС. Там в центре внимания находились как раз поставки газа. Как бы вы определили основные цели этого набора документов?

– Евросоюзу необходимо диверсифицировать источники и пути доставки газа, оптимизировать инфраструктуру в Европе и в условиях геополитических конфликтов снизить риски газовых поставок из России, от которых некоторые государства ЕС все еще очень сильно зависят. Речь прежде всего о странах Юго-Восточной Европы, которые больше всего пострадали бы в случае конфликта России с Украиной и прекращения транзита через эту страну. Но крайне важно также энергосбережение и развитие возобновляемых источников. Так что программа комплексная.

– Оптимизация инфраструктуры – это прежде всего прокладка газопроводов-интерконнекторов, соединяющих национальные газотранспортные системы различных стран ЕС в единое целое?

– Это, несомненно, один из важных элементов пакета. В прошлом газ тек с востока на запад. Теперь создаются предпосылки для того, чтобы он, наоборот, поставлялся с запада на восток, чему Россия всегда противилась.

– Когда речь идет о поставках с западного направления, имеется в виду прежде всего сжиженный природный газ. В западноевропейских странах ЕС уже действуют многочисленные мощности для регазификации СПГ, но они сильно недозагружены. Тем не менее пакет предполагает строительство новых терминалов. Разумно ли это? Как вы оцениваете перспективы СПГ в Европе?

– Перспективы СПГ в Европе весьма хорошие, это подтверждают все смоделированные нами сценарии. СПГ будет играть одну из центральных ролей в будущем снабжении Европы газом. Не только потому, что Америка добывает все больше газа методом фрекинга, но и потому, что все больше государств производят теперь СПГ. Да, терминалы пока недозагружены, но и газопроводы ведь тоже. Европа намерена впредь покупать меньше газа в России, поэтому значение и загрузка регазификационных терминалов будут расти.

– Вы говорите, что ЕС хочет сократить закупки газа в России, в то же время «Газпром» и его европейские партнеры собираются проложить в Германию газопровод «Северный поток-2», исходя при этом из того, что Евросоюз увеличит импорт российского газа. Каковы шансы на успех этого проекта?

– Этот проект появился потому, что «Газпром» собирается резко сократить или полностью прекратить поставки газа через Украину. Поэтому это политический проект. В Европе к нему относятся очень критично. И потому, что опасаются нарушения европейских законов, как было в свое время с «Южным потоком», и потому, что стоит задача сократить закупки газа в России.

– Однако единства в этом вопросе в Евросоюзе нет. Причем наибольший интерес к проекту проявляет именно Германия.

– Да, Германия активно его продвигает, однако все больше оказывается в этом вопросе в изоляции. К тому же непонятно, нужен ли нам вообще такой газопровод. Однозначного ответа пока нет.

Это интервью свидетельствует о непростых вариантах газоснабжения Европы, которые во многом будут определяться политическими решениями и в Старом, и в Новом Свете. 

Источник: Независимая газета